Что читать в печатных сми. Мгновенный глобальный обман Мгновенный глобальный

Комплексы С-400 способны создать надежный «зонтик безопасности» для отечественных ядерных сил. Фото Reuters

Правильный ответ на вопрос, вынесенный в название статьи, имеет решающее значение для самого существования российского государства. В настоящее время главной военной задачей США является уничтожение российского ракетно-ядерного потенциала, который мешает Вашингтону стать мировым гегемоном и распоряжаться по своему усмотрению мировыми ресурсами (людскими, материальными, природными и др.). Ликвидация российских стратегических ядерных сил (СЯС) позволит Соединенным Штатам решить все свои основные проблемы, в том числе и погасить войной огромный государственный долг США, достигший почти 20 млрд долл.

В результате возникнет реальная возможность осуществить давнишнюю мечту Запада о «золотом миллиарде», который будет вечно жить на Земле в согласии с природой, тогда как остальные 6 миллиардов жителей Земли становятся лишними, и гегемон будет распоряжаться их судьбой по своему усмотрению. Таким образом, для США ликвидация российских СЯС - актуальнейшая задача. Чтобы ее реализовать, они готовы нарушить как международные соглашения, так и многие нравственные запреты, пойти на любые злодеяния против России, Европы и всего человечества.

Как в сложившейся ситуации защитить Россию от такого агрессора, как США? Специалисты высказывают различные точки зрения по этому вопросу.

Главным водоразделом является оценка вероятности реализации быстрого глобального удара (БГУ) против России. Рассмотрим различия в отношении к проблеме БГУ на примере двух статей, опубликованных в еженедельнике «Независимое военное обозрение» в этом году: Александр Калядин «Стратегия быстрого глобального обмана» (№ 18, 2017) и Леонид Орленко «Как защититься от быстрого глобального удара» (№ 9, 2017).

ВЫВОДЫ ОШИБОЧНЫ

Александр Калядин считает, что быстрый глобальный удар – это миф, основное назначение которого – служить в качестве «страшилки». Главная функция «страшилки» – запугать россиян, вызвать панику в российском руководстве, заставить его пойти на разорительные расходы. Поскольку БГУ – всего лишь миф, то не следует тратить деньги на защиту от БГУ, а лучше использовать их на повышение конкурентоспособности российской экономики, здравоохранение, науку, образование, на социальную сферу.

В своей статье Калядин пытается доказать, что Соединенные Штаты не заинтересованы наносить БГУ по России, даже при условии, что им удастся уничтожить российские СЯС. Ведь в этом случае российская и европейская экономика будут разрушены, вся их территория будет заражена радиацией, погибнут десятки, а может быть, и сотни миллионов человек. Вследствие этого США потеряют своих европейских союзников, НАТО перестанет существовать. США понесут колоссальные политические потери, будут разорваны экономические и дипломатические связи во всем мире, и США вместо мирового гегемона превратятся в мирового изгоя, которого ненавидят все народы, проживающие на Земле.

С этими предсказаниями разрушительных последствий БГУ можно согласиться. Но гибель Европы в ядерной войне мало опечалит США, поскольку она является конкурентом в области высокотехнологичной продукции, а также потребляет большой объем необходимых США ресурсов. В настоящее время Европа служит для Америки ценным инструментом для борьбы с суверенитетом российского государства. После «удачного» БГУ по России эта функция отпадает.

По мнению Калядина, от БГУ по России выиграет Китай, который увеличит шансы стать главной страной мира вместо США. Такой результат БГУ также не может быть выгоден США.

Калядин обосновывает свое понимание проблемы БГУ как мифа. Он пишет, что между РФ и США не существует таких антагонистических противоречий, которые нельзя было бы урегулировать политико-дипломатическими средствами. Идеологические противоречия отсутствуют: обе страны живут в рамках капиталистической системы. Территориальных пограничных споров также нет. Россия не является конкурентом США в области наукоемкой промышленности, поскольку на Россию приходится всего менее 2% мирового ВВП, а США – более 24%, доля России в мировом экспорте наукоемкой продукции только 0,7%, а в США – 36%. Экспорт наукоемкой продукции в Таиланде в 6 раз больше, чем в России, где разговоров об инновациях на всех уровнях много, а реальных дел нет. При этом темпы роста российской экономики составляют менее 2%, что ниже мировых темпов роста. В таких условиях создание высокотехнологичной экономики невозможно, так что США в этом отношении нечего волноваться.

Однако вывод Александра Калядина об отсутствии глубинных разногласий между США и Россией является ошибочным. Как показывает практика многих лет, не преодолимые с помощью переговоров противоречия существуют. До тех пор пока стремление стать мировым гегемоном будет основой внешней политики США, направленной на подчинение своим интересам всех стран мира, включая Россию, антагонистические противоречия сохранятся. Но на пути к мировой гегемонии США стоят СЯС России. Без них самостоятельная внешняя политика России была бы невозможной. Отсюда следует вывод: надежная защита российских СЯС – необходимое условие сохранение России как суверенного государства (см. упомянутую статью Л. Орленко в «НВО» № 9, 2017).

ТЕХНОЛОГИЯ ЛИШЕНИЯ СУВЕРЕНИТЕТА

Александр Калядин, рассматривая проблему БГУ, утверждает, что в настоящее время существует стратегическое ракетно-ядерное равновесие между США и Россией, поэтому в случае нанесения Соединенными Штатами быстрого глобального удара Россия наносит ответный или ответно-встречный удар ракетно-ядерным оружием, который неприемлем для Америки. В этом случае для военно-политического руководства России следует рекомендация сдерживать военно-политическое руководство США от БГУ по России.

Поскольку, по мнению Калядина, антагонистических противоречий между Россией и США нет, то можно все существующие разногласия решить путем переговоров: по Сирии, по Украине, по санкциям и др. Кроме того, надо надеяться, что здравый смысл президента США не позволит ему отважиться на заведомо провальную, безумную и преступную авантюру – нанесение быстрого глобального удара по России. Но можно ли надеяться на здравый смысл американского президента, если между ним и политическим истеблишментом идет ожесточенная борьба.

Дональд Трамп в предвыборных выступлениях предлагал интенсифицировать в США работы по созданию шестого технологического уклада (био-, нано-, инфо- и когнитивные технологии) и стать примером для других стран. Однако те политические структуры, которые борются с Трампом, продолжают политику, нацеленную на установление однополярного мира и мирового господства силовыми методами, в том числе с использованием концепций быстрого глобального удара и противоракетной обороны (ПРО).

В работах Леонида Орленко («НВО» № 9, 2017) и ряда других авторов (Леонида Ивашова, Константина Сивкова, Сергея Брезкуна и др.) представлена другая точка зрения на вероятность БГУ по России.

Во-первых, в настоящее время Вашингтон сломал стратегический ракетно-ядерный паритет между США и Россией. Во-вторых, не преодолимые путем переговоров антагонистические противоречия между США и Россией сохраняются. Основным направлением внешней политики Соединенных Штатов остается идея построения однополярного мира. Америка хочет обладать суверенитетом, тогда как остальные страны, включая Россию, Китай, государства Европы, не могут иметь государственного суверенитета и должны выполнять волю гегемона. В настоящее время наиболее активно против такой политики выступает Россия, главной целью которой в отличие от США является мир, необходимый для проведения реформ, создания в стране инновационной экономики, повышения уровня и качества жизни населения, развития каждого гражданина в интеллектуальной и духовно-нравственной областях, но также и обеспечения внутренней и внешней безопасности страны.

К настоящему времени в США отработана технология лишения стран государственного суверенитета. Сначала используется мягкая сила, и если она не дает нужного результата, то начинается «гибридная война». Если и в этом случае не удается разрушить суверенитет неугодного государства, то включается военная сила, что автор данной статьи подробно изложил в материале «Классификация современных войн», опубликованном в «Известиях РАРАН» № 3 за 2016 год.

Чтобы подавить самостоятельность России, Соединенные Штаты ведут пока против нее гибридную войну: санкции, информационная война, втягивание России в военные конфликты, использование «агентов влияния» для разрушения российской экономики и пр. Если проводимая «гибридная война» не подавит государственный суверенитет России, то может быть нанесен БГУ, к которому Россия недостаточно готова. Отсюда вывод: защита СЯС – приоритет номер один в области обороны.

А ЕСТЬ ЛИ ПАРИТЕТ

В настоящее время в России развернуто около 500 межконтинентальных баллистических ракет (МБР). Из них около 400 размещены примерно поровну в шахтах и на подвижных грунтовых ракетных комплексах (ПГРК). Остальные МБР размещаются на подводных лодках (ПЛ). Координаты шахт и ПГРК американской разведке известны, а подводные лодки, находящиеся на боевом дежурстве в морях и океанах, противолодочная система США имеет возможность отслеживать.

В результате наиболее вероятен БГУ по РВСН (около 400 МБР) и ПЛ, стоящим у пирсов. Для этого, вероятнее всего, США используют свои подводные ракетоносцы типа «Огайо», вооруженные ракетами «Трайдент» 2-D5, каждая из которых несет 14 ядерных блоков (ЯБ) мощностью 100 кт или же восемь блоков мощностью по 475 кт. Всего таких субмарин в американском флоте 14, в них размещается по 24 ракеты, то есть 1728 ядерных блоков, из них 384 – мощностью 475 кт. Время полета таких ракет до российских целей всего 10–15 минут.

По большому счету три ПЛ типа «Огайо», имеющие на вооружении около 1000 ЯБ по 100 кт каждый, способны уничтожить до 90% российских МБР в шахтах и ПГРК, а также ПЛ с МБР, стоящие у пирсов.

Командующий РВСН генерал-полковник Сергей Каракаев считает, что использование маскировки делает ПГРК невидимыми для космической разведки. Но при этом не учитывается тот факт, что для уничтожения ПГРК не надо их видеть, достаточно знать маршрут, поскольку радиус поражения при взрыве ядерного заряда мощностью 100 кт на поверхности Земли составляет 3 км. Например, если маршрут ПГРК составляет 120 км, то для поражения всех ПГРК, находящихся на маршруте, требуется всего 20 ЯБ. Поэтому нельзя считать, что они защищены достаточно надежно.

АСИММЕТРИЧНЫЙ ОТВЕТ

Для уничтожения летящего на цель (шахту или др.) ядерного блока у России пока нет соответствующих средств, поэтому необходимо использовать нестандартные способы защиты, которые можно относительно быстро и недорого реализовать в рамках существующего оборонного бюджета.

Во-первых, надо создать на севере и востоке страны с помощью Северного и Тихоокеанского флотов акватории, защищенные от самолетов, вертолетов, беспилотников, ПЛ и кораблей, и разместить в таких акваториях по две или три ПЛ с МБР, координаты которых США не известны, что защитит их от БГУ. В будущем вместо стратегических ПЛ вполне возможно размещать МБР в корпусе, который буксирует в указанной акватории любая подлодка.

Во-вторых, поскольку оборонный бюджет России в 15 раз меньше, чем бюджет НАТО, то для защиты страны необходимо использовать асимметричные способы защиты. Для этого следует использовать геофизическую уязвимость территории США. В бытность СССР академик Андрей Сахаров предложил заминировать несколькими десятками неизвлекаемых ядерных мин определенные районы Тихого и Атлантического океанов близ побережья США. При взрыве мин образуются волны, способные нанести США неприемлемый ущерб. Сигнал на подрыв мин будет дан исключительно в случае нанесения США быстрого глобального удара по России. После минирования создаются условия для равноправных переговоров с США о взаимном разоружении. Например, Россия разминирует прибрежные районы, а США убирают все военные базы вокруг России, а также ПРО в Европе, подлодки и корабли с системой ПРО, находящиеся вблизи российских границ. Прецедент минирования ядерными минами уже имел место. В период существования СССР граница между странами Организации Варшавского договора и НАТО в Европе была заминирована США ядерными минами.

Надежная защита от БГУ необходима России для проведения реформ с целью создания инновационной экономики. Условием успешного проведения реформ является замена разрушительной для России либерально-монетаристской модели управления экономикой на планово-рыночную модель, экономически и социально-политически более эффективную, чем китайская экономическая модель.

В заключительной части материала следует указать и на такую серьезную ошибку, допущенную Александром Калядиным в его статье. Так, он считает, что американский проект «Стратегическая оборонная инициатива» (СОИ), объявленный президентом Рейганом в 1983 году, служил лишь обманкой, запущенной для разорения СССР.

Однако Калядин, видимо, не знает, что произошло дальше. Американские фирмы секретно продолжали работы по СОИ, и в настоящее время эта программа – приоритет номер один в оборонных планах США (см. материал Владимира Иванова в «НВО» № 18, 2017). Для реализации этих планов два года назад был запущен беспилотный многоразовый космический аппарат X-37B, который способен сбивать спутники в космосе, а также запускать ракеты с ядерными зарядами по наземным целям. Такая ракета до любой цели на поверхности Земли летит всего две-три минуты. В настоящее время отсутствуют технические средства борьбы с такими ракетами. Задача X-37B – обеспечить США полный контроль над земным шаром.

Минирование американского побережья блокирует этот новый проект США.

Подпишитесь на нас

Министерство обороны России бьет тревогу. Как заявил 12 октября представитель ведомства Александр Емельянов, Пентагон приступил к созданию перспективных комплексов мгновенного глобального удара (Prompt Global Strike). Первые образцы нового оружия американская армия получит уже к 2020 году. СМИ отреагировали на заявление паническими заголовками в стиле "США смогут уничтожить Россию за 60 минут". Многие эксперты, однако, считают эти опасения сильно преувеличенными и вспоминают историю с американской программой "звездных войн" СОИ, которая на поверку оказалась полным блефом. Военный обозреватель портала Москва 24 Алексей Степанов разделяет это мнение и обосновывает его цифрами.

Напомним, что концепция мгновенного (быстрого) глобального удара предусматривает нанесение максимального ущерба гражданской и военной инфраструктуре противника неядерными средствами в предельно сжатые сроки. Государство-жертва просто не успеет адекватно ответить на агрессию. Кроме того, в случае такого удара потери среди мирного населения будут сведены к минимуму, что по идее сильно повлияет на решимость применения в ответ оставшегося ядерного оружия. Впервые на высоком уровне о такой опасности в июне 2013 заявил вице-премьер Дмитрий Рогозин. По его оценкам, в случае реализации концепции, США за шесть часов смогут уничтожить 80−90% ядерного потенциала противника, читай − России. Однако эти цифры вызывают массу справедливых вопросов, на которые пока никто так и не сумел дать внятные ответы.

Итак, главной целью агрессора, если верить Дмитрию Рогозину, в первую очередь станут наши стратегические ядерные силы. Основу арсенала российских Ракетных войск стратегического назначения составляют межконтинентальные ракеты шахтного базирования: по последним данным, таковых на дежурстве находится более 150 единиц. Цель крайне непростая даже для ядерного оружия. Так, по существующим оценкам, для гарантированного уничтожения шахтной пусковой установки требуется в непосредственной близости от цели создать мощную ударную волну с избыточным давлением 200 атмосфер. Самой точной не только в арсенале США, но и во всем мире считается американская межконтинентальная ракета морского базирования Trident-2. Круговое вероятное отклонение (КВО) ее боеголовок (вероятность попадания − 50%) составляет 100−120 м от цели: в этом радиусе взрыв используемой на Trident-2 боеголовки W88 способен создать избыточное давление у цели в 1750 атмосфер. При 1,8 КВО (вероятность попадания − 90%) взрыв этой же боеголовки накроет цель ударной волной с избыточным давлением минимум 380 атмосфер, то есть Trident-2 практически полностью гарантирует уничтожение ракеты в шахте. Но есть одно "но": мощность боеголовки W88 составляет 455 килотонн в тротиловом эквиваленте. Мы же говорим о неядерном ударе, поэтому для уничтожения ракеты в шахте необходим некий боеприпас, способный ударить с внушительной силой точно по ее крышке, пролетев тысячи километров. Чем же таким интересным обладают или в ближайшее время смогут обладать Соединенные Штаты?

По имеющейся информации, концепция быстрого глобального удара предполагает использование трех основных видов оружия. К разряду уже реализованных систем можно отнести неядерные боевые блоки для уже состоящих на вооружении межконтинентальных баллистических ракет. Ракета, как и в случае ядерного удара, поднимает боевой блок на низкую околоземную орбиту, после чего он отделяется от платформы и по баллистической траектории с гиперзвуковой скоростью устремляется в цель. Красиво, да только никто не знает, почему вдруг точность этого боеприпаса или аппарата-камикадзе будет выше, чем у ядерной боеголовки. Дело в том, что весь путь из космоса до цели боеприпасу придется преодолевать в облаке плазмы − скорость боеголовки в атмосфере составляет 12−15 скоростей звука. А это значит, что такой аппарат не сможет принимать радиосигналы, в том числе и сигналы GPS.

Фото: ТАСС/Ben Listerman/Department of Defence/Zuma

В качестве другого карающего меча мгновенного глобального удара сегодня называют гиперзвуковые крылатые ракеты. Так, в США уже несколько лет разрабатывается ракета Х-51 Waverider. Пока лучшее достижение экспериментального аппарата − полет на расстояние 426 км со скоростью 5,1 Маха. Явно недостаточно для нанесения удара из-за океана! Кроме того, судя по отрывочным сведениям в СМИ, аппарат этот пока летает исключительно по прямой, говорить о том, что он сможет маневрировать, пока не приходится. И, как в случае с неядерными блоками для баллистических ракет, здесь также возникает проблема с навигацией и радиосвязью. А он, напомним, должен попадать в крышку ракетной шахты площадью 15−20 кв. м.

К третьему типу оружия мгновенного глобального удара относят так называемое кинетическое оружие. Сообщается, что оно будет представлять собой сбрасываемые на цель с космической орбиты вольфрамовые стержни длиной 5−10 м. Мощность удара при встрече такого стержня с землей будет эквивалентна взрыву 10−12 тонн тротила, и этого вполне достаточно, чтобы разворотить крышку шахты "Сатаны". Якобы для отработки такой концепции американцы построили загадочный космоплан Х-37В, который в последний раз два года дежурил на орбите, после чего вернулся на Землю. Но в то, что с орбиты кто-то сможет метнуть вольфрамовый лом с такой потрясающей точностью, верится с огромным трудом.

"Складывается ощущение, что страшилки про мгновенный глобальный удар выгодно тиражировать не столько американцам, сколько нашим же генералам и чиновникам от ОПК, − рассказывает источник в оборонно-промышленном комплексе. − Возможно, кто-то таким образом пытается выбить дополнительные деньги из бюджета. Особенно это актуально сегодня, когда оборонные расходы значительно сокращаются".

Вырабатывать меры противодействия новым средствам воздушно-космического нападения США нужно уже сегодня . В США уже не первый год разрабатывается концепция «Мгновенного глобального удара» (МГУ). Военно-политическое руководство Российской Федерации видит в этих работах прямую угрозу для нашей страны. Президент России Владимир Путин прямо говорил об этом в своем Послании Федеральному собранию еще в 2013 г., когда кризис в отношениях между РФ и США только назревал:

«Мы внимательно следим за так называемой концепцией «Обезоруживающего мгновенного глобального удара», которая может иметь негативные последствия… Ни у кого не должно быть иллюзий относительно возможности добиться военного превосходства над Россией. Мы этого никогда не допустим ».

Сегодня, когда конфронтация по линии Россия-Запад достигла самого серьезного за постсоветский период уровня, эти слова президента не менее актуальны. В связи с этим необходимо провести анализ целей, задач, состава и боевых возможностей ударных средств МГУ, а также подготовить предложения по мерам противодействия данной угрозе.

Согласно зарубежным информационным материалам основной целью нанесения МГУ является придание ВС США возможностей по высокоточному и глобальному неядерному поражению критически важных объектов в любой точке Земного шара в течение одного часа с момента выявления объекта и принятия решения военно-политическим руководством США.

Оперативность нанесения МГУ и дальность поражения объектов предусматривается обеспечить применением гиперзвуковых систем вооружений (ГЗСВ), способных развивать скорость до 18 тыс. км/ч с дальностью стрельбы до 15 тысяч километров .

Следует подчеркнуть, что практическая реализация концепции «Глобальный удар» осуществляется в рамках комплексной технической программы «Мгновенный глобальный удар», которая направлена на создание и формирование группировок ГЗСВ с включением их в состав новой стратегической триады США.

ЕЩЕ РАЗ О ПЕРСПЕКТИВНОЙ СТРАТЕГИЧЕСКОЙ ТРИАДЕ

В соответствии с положениями ядерной стратегии США основу перспективной стратегической триады составят три следующих компонента :

1. развернутые ударные средства в составе: стратегическое и нестратегическое ядерное оружие; ГЗСВ; высокоточное оружие большой дальности (ВТО БД) различных видов базирования; оружие на новых физических принципах;
2. стратегические оборонительные силы в составе глобальной системы ПРО, обеспечивающей защиту территории США, и ее региональные сегменты (ЕвроПРО, ПРО на Ближнем Востоке, ПРО Японии в Азиатско-Тихоокеанском регионе);
3. инфраструктура промышленной и научно-исследовательской базы, предназначенной для поддержания, модернизации и создания новых видов СНВ, а также подтверждения надежности и безопасности эксплуатации ядерных боеприпасов в условиях действия моратория на проведение ядерных испытаний.

Гиперзвуковой планирующий летательный аппарат HTV-2.

В ядерной стратегии США отмечено, что в условиях реализации Договора о СНВ представляется целесообразным возложить решение части задач по поражению важных объектов противника на ВТО БД из состава ВВС и ВМС США, ГЗСВ и другие ударные средства в обычном оснащении. В Вашингтоне считают, что безопасность государства может быть обеспечена и меньшим количеством стратегических наступательных сил, что существенно снизит затраты на их содержание.

В документе подчеркнуто, что «расширенные возможности Пентагона по нанесению неядерных мгновенных глобальных ударов представляют собой одно из средств противодействия растущим угрозам передовому присутствию ВС США и обеспечивают потребности американских войск (сил) в глобальном проецировании силы». Характерна также и позиция вице-президента США Джо Байдена, высказанная в феврале 2010 г. в Национальном университете обороны: «Разрабатываемые нами обычные вооружения со стратегическим радиусом действия позволяют нам уменьшить роль ядерного оружия. С такими современными вооружениями наша мощь останется неоспоримой, даже в случае далеко идущих ядерных сокращений».

Важно подчеркнуть, что эти положения ядерной стратегии были уточнены в новом «Докладе о стратегии применения ядерного оружия США» от июня 2013 г.

Между тем стратегические наступательные вооружения, сокращаемые в соответствии с Договором о СНВ, американцы не ликвидируют, а направляют на формирование «возвратного» потенциала по носителям и боезарядам, который может быть задействован при возникновении форс-мажорных обстоятельств, затрагивающих интересы США и их союзников . Более того, часть задач по ядерному поражению объектов вероятных противников перераспределяется между ядерными силами США, Великобритании и Франции в ходе ежегодного уточнения ядерного планирования НАТО.

Уместно напомнить, что все компоненты новой стратегической триады в организационно-штатном плане интегрированы в состав Объединенного стратегического командования (USSTRATCOM) ВС США (авиабаза Оффут, шт. Небраска). Развернуты работы по наращиванию возможностей системы боевого управления и связи, разведки и оперативного планирования. Одновременно на руководство USSTRATCOM возложены новые задачи по организации адаптивного планирования и нанесения глобальных ударов, что потребовало уточнения структуры, содержания и порядка разработки (уточнения) оперативного плана №8010 применения ядерных сил США.

По взглядам военно-политического руководства США созданный ударно-оборонительный комплекс обеспечивает существенное сокращение сроков принятия и реализации решения президентом США на ответные действия при внезапном воздушно-космическом нападении вероятных противников и в случае террористических атаках.

ЦЕЛИ И ЗАДАЧИ МГНОВЕННОГО ГЛОБАЛЬНОГО УДАРА

В руководящих документах США отмечается, что главная цель МГУ и создаваемых ГЗСВ – это поиск и уничтожение руководителей террористических организаций, обычно находящихся в высокозащищенных бункерах, ликвидация караванов с оружием, наркотиками и радиоактивными материалами, уничтожение объектов по производству ОМП и др.

В дальнейшем выяснилось, что реальная цель разработки ГЗСВ заключается в высокоточном глобальном неядерном поражении критически важных объектов вероятных противников в любой точке Земного шара в течение одного часа с момента выявления объекта и принятия решения на его ликвидацию .

Экспериментальная гиперзвуковая крылатая ракета Х-51А

Российские и зарубежные специалисты считают, что ГЗСВ обладают следующими достоинствами:
— гиперзвуковая скорость подлета к цели, затрудняющая их обнаружение и уничтожение;
— способность ударных средств поражать высокозащищенные и заглубленные пункты управления;
— возможность некоторых типов ГЗСВ осуществлять барражирование, поиск и оперативное поражение мобильных ракетных комплексов;
— реализация наземного, воздушного, морского и космического способов базирования платформ;
— сложность перехвата гиперзвуковых ударных средств из-за несовершенства тактико-технических характеристик противоракет.

В руководящих документах ВС США в рамках мирного времени и непосредственной угрозы агрессии определены следующие основные задачи, возлагаемые на гиперзвуковые средства вооружения :

— демонстративные действия по применению ГЗСВ;

— уничтожение высокозащищенных и заглубленных объектов размещения руководителей террористических организаций и лидеров международных преступных группировок в странах, доступ к которым ограничен;

— выявление и ликвидация караванов террористических организаций с оружием, наркотиками, расщепляющимися радиоактивными материалами, необходимыми для создания «грязных» ядерных бомб;

— ликвидация террористических баз, складов хранения ОМП и средств транспортировки оружия и наркотиков;

— оказание непосредственной военной помощи дружественным режимам или оппозиционным движениям в их вооруженном противостоянии в ходе внутреннего конфликта;

— пресечение нарушений режимов эмбарго или экономической блокады стран-изгоев или спонсоров международного терроризма.

В условиях военного времени ГЗСВ будут привлекаться для решения таких задач, как :

— нанесение превентивных ударов и поражение органов и пунктов государственного и военного управления и объектов контрсиловой группировки СЯС вероятных противников;

— уничтожение объектов СПРН, СККП, ПРО, ПВО, орбитальной группировки космических аппаратов противников;

— вывод из строя объектов системы боевого управления и связи противников до начала военных действий;

— нанесение заданного ущерба экономическим объектам инфраструктуры без существенных потерь среди населения;

— поражение объектов энергетической и другой инфраструктуры обеспечения жизнедеятельности государства, а также используемой противником в интересах материально-технического обеспечения войск (сил);

— уничтожение объектов, поражение которых другими ударными средствами не представляется возможным и др.

ОСНОВНЫЕ ПРОЕКТЫ ГЗСВ, ВОЗМОЖНЫЕ ФОРМЫ И СПОСОБЫ ИХ ПРИМЕНЕНИЯ

Для разработки ГЗСВ различного предназначения в США реализуется комплексная техническая программа «Мгновенный глобальный удар» (Program Element: Prompt Global Strike Capability Development), которая является составной частью концепции «Глобального удара».

Так, в ВВС США создается ракетный комплекс с МБР в неядерном оснащении в составе стратегической ракеты-носителя Minotaur различных модификаций и гиперзвукового планирующего летательного аппарата HTV-2. Для сборки ракет типа Minotaur используются модернизированные ступени МБР Minuteman II и МХ, ранее не ликвидированные в нарушение Договора о СНВ-1. Развертывание группировки этих ракетных комплексов планируется на авиабазе Ванденберг (Западное побережье США) и на мысе Канаверал (Восточное побережье), т.е. в пунктах, достаточно удаленных от существующих ракетных баз МБР.

США провели уже четыре испытательных пуска Х-51А

Удовлетворительные результаты получены в ходе летно-конструкторских испытаний гиперзвуковой авиационной управляемой ракеты Х-51А и многоразового космического аппарата Х-37В. Срок принятия на вооружение и вывода на орбиту космического аппарата Х-37В возможен уже к 2016 г.

Космическое и противоракетное командование Армии США разрабатывает ГЗСВ на основе двухступенчатой баллистической ракеты и гиперзвуковой управляемой планирующей головной части AHW, результаты испытаний которых неизвестны. При этом баллистическая ракета создана в нарушение действующих Договоров о РСМД и СНВ: тактико-технические характеристики российской стороне не предъявлены, предварительный показ ракеты не проводился, необходимые уведомления не представлялись, место развертывания ракетного комплекса не заявлено и т.д.

В ВМС США на всех двенадцати ПЛАРБ планируется доработать две из 24 БРПЛ Trident II для доставки четырех корректируемых неядерных боеголовок. Однако работы по данному проекту приостановлены Конгрессом США, а необходимые финансовые ресурсы не назначены, поскольку Пентагон не может представить убедительных доказательств идентификации стартов ядерных и неядерных БРПЛ. Тем не менее, работы в этом направлении ведутся за счет собственных ресурсов МО США.

Кроме того, разрабатывается вариант двухступенчатой БРПЛ Trident II средней дальности с планирующей головной частью в неядерном оснащении, имеющей подлетное время около 13 минут. В качестве основного носителя БРПЛ этого типа испытывается одна из многоцелевых атомных подводных лодок.

Для первого испытательного пуска аппаратом HTV-2 22 апреля 2010 г. была использована ракета-носитель Minotaur IV

По оценкам российских и зарубежных специалистов принятие на вооружение некоторых ударных средств, близких по ТТХ к гиперзвуковым системам, возможно к 2025 г. Предположительно, определенное их количество будет развернуто в составе действующих группировок ВВС, ВМС, тактической авиации ОВВС НАТО в Европе и других ТВД.

При успешном завершении программы «Мгновенного глобального удара», гиперзвуковые средства вооружения, обладающие реальными возможностями по поражению в течение часа критически важных объектов вероятных противников, могут быть развернуты после 2025 г. Места их дислокации будут выбраны на континентальной части США и удаленных от США театрах военных действий, на американских авиабазах, расположенных на территориях других государств. В качестве районов боевого патрулирования носителей ГЗСВ морского базирования рассматриваются все пригодные судоходные зоны океанских ТВД.

Военное руководство США одновременно с созданием ГЗСВ разрабатывает основы боевого применения гиперзвуковых средств вооружения, уделяя особое внимание поиску эффективных форм и способов их боевого применения в различных условиях обстановки.

Предположительно, формирования ГЗСВ, совместно с другими ударными средствами, будут участвовать в военных действиях в форме стратегического воздушно-космического наступления, воздушных кампаний, наступательных воздушно-космических операций, находясь в первых эшелонах ударных группировок для поражения объектов СПРН, ПРО, ПВО, объектов систем боевого управления и связи. Цель – «вышибание дверей» в эшелонированной обороне противника и обеспечение доступа в его боевое пространство. При этом нанесение глобального удара будет сопровождаться информационными операциями, радиоэлектронными и психологическими действиями и акциями.

В качестве возможных способов применения ГЗСВ предусматривается одновременное, последовательное, комбинированное или выборочное нанесение глобальных ударов по всем или части важных объектов вероятных противников на одном или нескольких стратегических воздушно-космических направлениях.

Необходимо подчеркнуть, что выбор форм и способов нанесения глобальных ударов будут зависеть от сроков выполнения поставленных задач, удаленности объектов, физико-географических и климатических условий и других факторов. Поэтому жесткие требования будут предъявлены к функционированию системы боевого управления и связи; организации адаптивного планирования ударов; целераспределения и целеуказания; наведения ударных средств и оценки результатов их боевого применения.

Потребуется развертывание группировки гиперзвуковых средств космического базирования в период непосредственной угрозы агрессии и при возникновении условий для развязывания военных действий против США и их союзников.

Вместе с тем представляется маловероятным принятие решений военно-политическим руководством США на применение ГЗСВ по объектам СЯС, СПРН, ПРО, ПВО, пунктам государственного и военного управления, группировкам войск (сил) и другим стратегическим и критически важным объектам РФ.

РАЗРАБОТКА В США ГИПЕРЗВУКОВОГО ОРУЖИЯ КАК ДЕСТАБИЛИЗИРУЮЩИЙ ФАКТОР

В преамбуле Договора о СНВ подчеркивается, что Российская Федерация и Соединенные Штаты Америки, заключая Договор о СНВ, «учитывают влияние МБР и БРПЛ в обычном оснащении на стратегическую стабильность». Однако дестабилизирующее влияние МБР и БРПЛ этого типа уже обозначилось, что подтверждается следующими аргументами.

Как уже отмечалось, основу неядерного наземного ракетного комплекса составляют МБР типа Minotaur различных модификаций, разработанных с использованием маршевых ступеней МБР Minuteman II и МХ, которые в нарушение Договора о СНВ-1 оказались не ликвидированными. Кроме того, МБР типа Minotaur не заявлены в качестве ракет нового типа, проведение инспекции этих ракет российскими экспертами не регламентировано, предварительного показа ракет не было, отличительные признаки не представлены и т.д.

В ВМС США, как уже отмечалось, две БРПЛ Trident II на каждой лодке планируется оснастить неядерными головными частями. Высокая точность наведения боеголовок на конечном участке траектории полета будет обеспечиваться за счет коррекции по данным космической радионавигационной системы NAVSTAR (GPS).

Для противодействия возможному мгновенному глобального удару необходимо совершенствовать формы и способы действий стратегических ядерных сил РФ

Дестабилизирующий характер применения ракет в неядерном оснащении заключается в реальной возможности возникновения ядерных инцидентов между США, Россией и Китаем. Так, взаимные уведомления по учебно-боевым, испытательным, несанкционированным и случайным пускам МБР и БРПЛ осуществляются только между Россией и США. Вызывает сомнения тот факт, что американцы будут предварительно информировать военное руководство России и других государств о подготовке к нанесению превентивных ударов неядерными МБР и БРПЛ для оперативного поражения критичных по времени целей в любой точке Земного шара, например, по КНДР, Ирану или Сирии.

Способов идентификации стартов МБР и БРПЛ с неядерными головными частями не существует, и каких-либо исследований в этом направлении не проводится . Каналы прямой связи организованы только между руководителями России и США, а их задействование в интересах информирования других государств не проработано. Из-за отсутствия международно-договорной базы существует проблема оперативного оповещения глав государств о незаявленных пусках МБР и БРПЛ США, согласования трасс полета ракет через их территорию, уточнения районов падения первой и второй ступеней ракет в океан, а третьей ступени – на территорию других стран, что неизбежно вызовет осложнение отношений между государствами.

Вполне реальным является скрытое обратное переоснащение МБР и БРПЛ на ядерные средства поражения. Тем более, в Договоре о СНВ не определены контрольно-инспекционные процедуры и не предусмотрено представление уведомлений и телеметрической информации. Под предлогом проведения испытательных пусков ракет в неядерном оснащении вполне реальным является неконтролируемое совершенствование характеристик МБР, БРПЛ и испытаний новых ядерных боеголовок.

По оценкам специалистов, пуски с ПЛАРБ баллистических ракет в неядерном снаряжении будут демаскировать районы боевого патрулирования подводных лодок. Одновременно высказываются опасения, что в результате применения БРПЛ в обычном снаряжении может быть затруднено выполнение ПЛАРБ боевых задач, связанных с подготовкой и нанесением ракетно-ядерных ударов по стратегическим объектам противника.

Вполне возможными являются предпосылки к проведению случайных или несанкционированных пусков БРПЛ, оснащенных ядерными боеголовками, что требует реализации комплекса оперативных и организационных мер по их гарантированному предотвращению и высокого уровня подготовки ракетных экипажей ПЛАРБ.

Следует отметить, что проблему «ошибочного толкования» другими ядерными державами пусков переоснащенных ракет пыталась решать даже Исследовательская служба Конгресса США, которая выдвинула ряд примитивных предложений для смягчения рисков. Так, проблему идентификации стартов МБР и БРПЛ рекомендовано разрешать путем оперативных консультаций с иностранными партнерами на военном и дипломатическом экспертных уровнях.

Для выработки мер взаимного доверия предложено внедрить систему гарантированного уведомления о планируемых пусках. Для исключения возможных попыток переоснащения обычных боеголовок на ядерные предложено разработать процедуры технического контроля за счет постоянно действующих инспекторов сторон.

Таким образом, действия американцев по разработке МБР и БРПЛ в неядерном оснащении дестабилизируют обстановку в мире и нарушают Договор о СНВ.

ОСНОВНЫЕ ВЫВОДЫ И ПРЕДЛОЖЕНИЯ

По оценкам российских и зарубежных политиков, к 2030 г. США смогут разработать, принять на вооружение и развернуть группировку ГЗСВ, способных в массированном ударе поражать пункты государственного и военного управления и основную часть контрсиловой группировки российских СЯС . Кроме того, система глобальной ПРО США и ее региональные сегменты могут существенно снизить боевые возможности СЯС ВС РФ по нанесению ответных ударов.

В.Путин в Послании Федеральному собранию подчеркнул: «Подобные действия могут свести на нет все ранее достигнутые договоренности в области ограничения и сокращения стратегических ядерных вооружений, привести к нарушению так называемого стратегического баланса сил ».

Вице-премьер Дмитрий Рогозин заверил что «американская концепция «Мгновенного глобального удара» как основная стратегическая идея США – не останется без ответа».

В связи с этим могут быть предложены следующие направления и меры противодействия мгновенному глобальному удару .

Первое направление . Совершенствование форм и способов действий стратегических ядерных сил ВС РФ в части, касающейся экстренного рассредоточения, маневренных действий, передислокаций на большие расстояния с занятием скрытых позиционных районов. Применение нестандартных способов оперативной маскировки и введения противника в заблуждение относительно мест дислокации, состояний и перемещений ПГРК, группировок авиационной и морской составляющих СЯС.

Завершение в установленные сроки эскизного проектирования боевого железнодорожного ракетного комплекса с учетом мер противодействия МГУ и преодоления эшелонированной ПРО США. Продолжение реализации оптимальных вариантов дислокации ракетных комплексов «Искандер».

Представляется целесообразным повторно обратиться к концепции создания нового ПГРК на основе ракетной системы «Курьер». Рассмотреть возможность патрулирования подводных лодок, оснащенных высокоточным оружием большой дальности в акваториях Тихого и Атлантического океанов с учетом недостатков географического положения территории США и концентрации ключевых объектов инфраструктуры на побережье государства.

Оснащение существующих и перспективных МБР и БРПЛ эффективными средствами преодоления эшелонированной ПРО. Постоянное информирование руководства и общественности государств, на территории которых расположены объекты системы глобальной ПРО США и ее региональных сегментов, а также тактическое ядерное оружие, что эти объекты, являются первоочередными целями для российских высокоточных ударных средств.

Завершение создания облика системы ВКО РФ, обеспечение своевременного оповещения органов и пунктов управления и СЯС о стартах крылатых ракет МБР и БРПЛ Trident II с боеголовками в неядерном оснащении, корректируемых с помощью системы NAVSTAR. Реализация эффективных способов подавления этой системы. Совершенствование зенитных ракетных систем, способных к перехвату боевых блоков МБР, БРПЛ, сверхзвуковых и гиперзвуковых крылатых ракет. Сокращение сроков готовности средств ПВО/ПРО к отражению воздушно-космического нападения противника.

Обеспечение надежного и полного прикрытия и обороны российских СЯС и других важных объектов от средств воздушно-космического нападения вероятного противника. Совершенствование способов борьбы с ВТО БД с целью защиты шахтных пусковых установок и командных пунктов ракетных полков стационарного базирования в условиях, когда их координаты переданы США согласно Договору о СНВ.

Второе направление . Совершенствование системы боевого управления войсками и оружием с целью оперативного доведения до исполнительных органов и пунктов управления СЯС, системы ВКО и группировок ГЗСВ приказов (сигналов) на ответные действия и их боевое применение. Особое внимание следует уделить модернизации существующих и вводу в эксплуатацию перспективных пунктов управления.

Третье направление . Ускорение разработки и принятия на вооружение собственных ГЗСВ с одновременным созданием (совершенствованием) систем навигационно-топографического и геодезического обеспечения и средств подготовки полетных заданий на требуемых стратегических воздушно-космических направлениях.

Четвертое направление . Реализация ассиметричных и непрямых действий, позволяющих нивелировать превосходство США в технологиях и средствах вооруженной борьбы. К ним относятся:

— действия сил специальных операций и внешней разведки;
— различные формы информационного воздействия;
— политические, экономические и иные невоенные виды действия;
— угрозы нанесения высокоточных ударов по объектам ПРО и тактического ядерного оружия, находящихся на территории ряда стран-участниц блока НАТО с информированием населений о последствиях таких ударов и другие.

Таков далеко не полный перечень адекватно-ассиметричных мер противодействия угрозам мгновенного глобального удара, обеспечивающих реализацию функций стратегического (ядерного) сдерживания вероятных противников. По понятным причинам большинство мер противодействия МГУ не могут быть опубликованы в открытой печати.

В заключение представляется необходимым привести слова вице-премьера Дмитрия Рогозина в ходе выступления в Госдуме: «Любому агрессору стоит помнить о том, что именно ядерное оружие рассматривается Россией как основное средство сдерживания. Мы никогда не преуменьшали роль ядерного оружия, оружия возмездия как великого уравнителя шансов ».

/А.В. СЕРЖАНТОВ, зам.начальника кафедры военной стратегии ВА ГШ ВС РФ,
генерал-майор, доктор военных наук, профессор;
М.П. ВИЛЬДАНОВ, профессор Академии военных наук, генерал-майор,
кандидат военных наук, доцент, oborona.ru /

В Москве в самом разгаре бюджетная страда. Решаются не только перспективы оборонных расходов – скоро должна быть утверждена программа перевооружения до 2025 года. Ситуация судьбоносная: все лето на разных совещаниях Владимир Путин обещал существенно сократить оборонные расходы в рамках сверхжесткого бюджета. Многим всерьез казалось, что «партия войны» потерпела поражение, но не тут-то было.Уже 35 лет самые буйные военно-государственные истерики связаны с перспективной американской ПРО, с SDI или «звездными войнами» Рональда Рейгана. Также по периметру границ враги тайно формируют ударные группировки. В 2017-м Минобороны проводит военные учения на Таймыре, строит базу на острове Врангеля, где до того жили одни белые медведи, и еще развертывает дивизию береговой обороны на Чукотке. И все это счастье за счет сокращения образования, медицины, реальных пенсий и социальных выплат, пишет «Новая газета» . В Генштабе собрали мощную генеральскую делегацию – рассказать в ООН 12 октября о вредоносности Пентагона, но американцы не дали визы, поскольку консульский отдел в Москве фактически не работает из-за массового увольнения сотрудников в результате российских санкций или «ответных мер». За Генштаб отдувался в Нью-Йорке некто Александр Емельянов, срочно назначенный «представителем МО», который рассказал о нарастающем развертывании американской ПРО и о новой угрозе – Prompt Global Strike. Правильный перевод PGS – «быстрый глобальный удар», но российская пропаганда и официальные лица повторяют – «мгновенный удар», поскольку звучит страшнее. Идея PGS родилась лет 15 назад в разгар глобальной войны с террором после 9/11 и к РФ исходно не имела отношения. Предполагалось, что если вдруг удастся выяснить, что где-то собрались на сходку лидеры террористов, то можно будет нанести по ним в течение часа (пока не разошлись) высокоточный неядерный удар в любой точке земного шара. Конечно, средства PGS потенциально могут быть использованы для поражения российских целей, но американское оружие, способное достать любую цель на территории РФ меньше чем за час, и так уже существует лет 50 – это ракеты морского и наземного базирования (МБР) и еще всякие крылатые ракеты. Генштаб утверждает, что к 2020 году США начнут развертывать системы PGS, что «разрушит сложившийся баланс сил», но это кажется крайне сомнительным. Идея PGS оказалась маловостребованной. Во многом – это пустая страшилка вроде рейгановской SDI. Когда-нибудь, может, лет через 20, появится практическая возможность построить оборону против МБР с РГЧ ИН и с «планирующими» боевыми блоками. А может, и не появится, но военное ведомство требует триллионы сейчас – на противодействие несуществующим или намеренно раздутым угрозам в беднеющей стране с разваливающимися инфраструктурой, здравоохранением, наукой и образованием. Ну точно так, как это было в восьмидесятые, когда ресурсы страны были бездарно растранжирены на всякие вооружения, противодействие фиктивной SDI и локальные войны ().Между тем, по словам представителя Минобороны России Александра Емельянова, «Пентагон приступил к созданию перспективных ударных комплексов мгновенного глобального удара. В неядерном оснащении эти комплексы должны решать те же задачи, что сегодня возложены на стратегические ядерные силы». Судя по всему, речь идет о гиперзвуковом ракетном вооружении и беспилотных космических аппаратах, рассказал «Московскому комсомольцу» военный эксперт Илья Крамник. «Многие предсказывали появление именно орбитальных средств, особенно на фоне испытания таких систем, как орбитальный самолет X-37B и демонстратора технологий перспективной гиперзвуковой крылатой ракеты X-51 Waverider. На мой взгляд, это будет комбинация орбитальных и гиперзвуковых воздушных средств». Сейчас нанесение американцами глобального разоружающего удара невозможно, однако в перспективе его опасность станет реальной, причем не только за счет появления у наших «партнеров» нового оружия, добавил эксперт. «Опасность также возникнет и в случае дальнейшего сокращения наших ядерных вооружений. Этот удар наносится не только по системе управления стратегическими ядерными силами, но и по собственно боевым средствам – ракетным шахтам с тяжелыми межконтинентальными баллистическими ракетами и передвижным ракетным комплексам. Главная цель мгновенного удара – не уничтожить все и сразу, а ликвидировать такое количество наших ракет, чтобы оставшиеся смогла добить система ПРО. Пока эта задача невыполнима, но в перспективе она может быть решена». В ответ на такое усиление боевого потенциала американской противоракетной обороны от России стоит ожидать появления стратегических ракетных комплексов с новыми боевыми характеристиками. В частности, перспективная тяжелая МБР «Сармат», которая в натовской классификации уже получила название Satan-2, сможет ударить по территории США «откуда не ждали», считает Крамник. «Учитывая потенциальную энерговооруженность этой ракеты, которая обещает быть высокой, стоит ждать от нее различных сложных траекторий полета, в том числе позволяющих наносить удар с южной стороны». Впрочем, тема появления у США оружия глобального разоружающего удара для Минобороны не нова и периодически поднимается военными для обсуждения (

Для всех «доброжелателей» России, озабоченных наличием у страны ядерного оружия, есть две новости. Одна хорошая, другая не очень. Хорошая новость: в 2018 году межконтинентальную баллистическую ракету Р-36М «Воевода» (или «Сатана» по классификации НАТО) все-таки планируют снять с вооружения.

Плохая новость: на замену «Сатане» придет технологически иная и принципиально отличающаяся от других межконтинентальная баллистическая ракета РС-28 «Сармат», боевые блоки которой, по сути, сделают бессмысленной любую систему противоракетной обороны.

Об уходящем и приходящем

В свое время «Царь-ракета» Р-36М наделала немало шума. Специалисты признаются, что хоть современные средства воздушного перехвата таких целей, как МБР, развиваются не по дням, а по часам, заложенного в двухсоттонную ракету хватает и по сей день. Однако противоракетная оборона, стремительно наращиваемая нашими добрыми западными «друзьями», заставляет задуматься о том, когда возможности «Сатаны» будут исчерпаны, ведь, как известно, вечного в этом мире не существует.

В этом смысле «Сармат» не просто является ракетой-преемником «Воеводы», но и в какой-то степени будет определять, в каком направлении будут развиваться средства ядерного сдерживания во всем мире. По большому счету с началом работ по МБР «Сармат» решается сразу несколько задач, среди которых боевая часть ракеты, а точнее ее масса, не является определяющей.

Вопреки подходу разработчиков КБ «Южное» и академика Янгеля лично, создавших ракету, способную стирать с лица земли участки размером с Техас, создание РС-28 требует в первую очередь освоить более высокие скоростные показатели, благодаря которым станет возможно преодолевать любую существующую (и разрабатываемую на замену) систему противоракетной обороны какой бы то ни было страны.

4202

Правильнее всего в рассказах об «изделиях» начинать с носителей боевых блоков. Существенных отличий «Сармата» от «Воеводы» достаточно, и прежде всего это стартовая масса ракеты. По разным оценкам, готовая к эксплуатации жидкостная межконтинентальная баллистическая ракета будет иметь массу 110 тонн вместо 200 с небольшим у «Воеводы». Однако интересна не только и не столько конструкция ракеты, выводящей на участок отделения боевые блоки, сколько возможности самих боевых блоков и их назначение.

Специалисты отмечают, что тенденции в совершенствовании сил ядерного сдерживания (или в случае с особо демократическими странами ядерного, а также неядерного нападения) приведут к тому, что программа, некогда названная PGS, или Promt Global Strike (глобальный молниеносный удар), имеет высокие шансы на жизнь в составе РВСН Российской Федерации. Несмотря на то что «изделие 4202» – тайна за семью печатями, порассуждать о том, как именно может быть использован гиперзвук в конструкции боевых блоков новой МБР, специалисты все-таки берутся.

Управляемый гиперзвук даже концептуально весьма сложная задача, не говоря уже о доведении готового гиперзвукового изделия до испытательного пуска. Особенностей, связанных с использованием гиперзвуковых боевых блоков в качестве готового к применению вооружения, хватает. Дело в том, что боевые части современных, то есть ныне несущих боевое дежурство межконтинентальных баллистических ракет обычно «падают» с орбиты на скоростях, близких к гиперзвуковым – примерно семь километров в секунду. С такой скоростью, например, движется МКС по орбите Земли.

При входе в атмосферу скорость боевой части снижается примерно до трех скоростей звука и подвергается серьезному нагреву – до полутора тысяч градусов. С помощью специальной термозащиты и снижения скорости боевые блоки могут маневрировать: каждый боевой блок превращен в маленькую ракету со своим запасом топлива, высокопроизводительным двигателем и системой наведения. В случае с «изделием 4202» специалисты говорят о маневририровании боевых блоков на скоростях шесть-десять тысяч километров в час. Десять скоростей звука.

Для того чтобы осуществлять наведение на цель и совершать энергичные маневры на таких скоростях, привычные органы управления уже не подойдут.

«Если в космосе за маневры отвечают специальные маневровые двигатели, то на атмосферном участке полета за это обычно отвечают рули управления. Но загвоздка заключается в том, что на скоростях 10М такие средства просто не сработают: представьте себе усилие, которое нужно приложить чтобы на десяти тысячах километров в час даже с помощью гидравлики изменить траекторию движения боевого блока», – поясняет в интервью «Звезде» военный обозреватель и эксперт в области вооружений Алексей Леонков.

Другой важной задачей является контроль боеголовки: управлять дистанционно летящей на скорости 10М «болванкой» не получится, а значит, каждый боевой блок, вероятно, будет оснащаться управляющим компьютером. Специалисты отмечают, что осуществляться «тангаж» и «рысканье» на гиперзвуковых блоках будут, скорее всего, с помощью специальных импульсных двигателей. Но и тут не обойдется без сложностей: лихие маневры боеголовки с минимальной потерей скорости обнажают еще несколько проблем, связанных не столько с противоракетной системой вероятного противника, сколько с обычными законами физики.

«Предстоит решить вопрос с бешеными перегрузками и кинетическим нагревом. И если с нагревом вопрос можно решить, пусть с использованием пассивных средств, в случае с перегрузкой все обстоит чуть сложнее: здесь требуется, чтобы боевой блок был заключен в компаунд и представлял собой монолит, на который не влияют перегрузки в любом направлении», – поясняет в интервью «Звезде» начальник отдела научно-технической информации ЦАГИ им. Н. Е. Жуковского Иван Кудишин.

Боевое применение

Улучшенные энергетические характеристики, позволяющие оснастить «Сармат» дополнительными средствами преодоления американской ПРО, как отмечают специалисты, достигаются именно за счет гиперзвука. В первых числах мая газета «Известия» со ссылкой на зарубежные СМИ сообщила, что Россия испытала гиперзвуковые боеголовки для новейшей ракеты «Сармат».

Заявления СМИ специалисты Миниобороны не комментируют, однако на основе попадающей в свободный доступ информации можно сделать вывод, что работы над гиперзвуковыми «изделиями» для боевых блоков МБР действительно идут и находятся на финишной прямой. Специалисты признаются, что проблемы американской программы PGS, или глобального молниеносного удара, связаны в основном с тем, что американский ГЛА HTV не будет иметь гиперзвуковой скорости полета и на конечном участке перейдет на «сверхзвуковой» режим полета, становясь мишенью для средств ПВО.

В свою очередь российские специалисты работают над вопросом так называемого постоянного гиперзвукового режима, при котором боевой блок будет сохранять высокую скорость даже при энергичных маневрах. Если российская наука и инженерия смогли решить этот вопрос, то информация о том, что за последние десять лет могло быть выполнено до шести пусков «изделия 4202» с помощью межконтинентальных баллистических ракет отнюдь не выглядит как научная фантастика.

Учитывая, что концепция глобального молниеносного удара могла быть переписана ради национальной безопасности Российской Федерации, использование нескольких высокоманевренных гиперзвуковых боевых блоков с ядерной боевой частью (или обычной, повышенной мощности) в новой жидкостной ракете «Сармат» гарантированно нивелирует весь потенциал американской системы ПРО.

Специалисты поясняют, что ситуация в российской экономике образца 90-х годов, когда работы по перспективным направлениям, в том числе и гиперзвуку, «были заброшены», совершенно не доказывает, что подобное оружие невозможно создать, испытать и поставить на вооружение. А это значит, что секрет глобального молниеносного удара российскими специалистами уже раскрыт.

Несмотря на то что эксперты в области вооружений, да и люди, непричастные к созданию ракеты РС-28 и боевых блоков к ней, не знают и никогда не будут знать всех технических особенностей ракеты, факт остается фактом: принятие «Сармата» с гиперзвуковыми маневрирующими боевыми блоками запланировано на 2018 год.